United States of Postmodernism

  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
21:49 

I'm a five-pound rent boy, mr. Darcy.
Мы настоящие профессионалы своего дела.


@темы: КРУТИТЕ КОЛЕСО САНСАРЫ, Прими свои наркотики и ляг спать, Это мой мальчик!

20:06 

герой времени

I'm a five-pound rent boy, mr. Darcy.


Героем моего времени, как ни прискорбно это осознавать, был Октав Паранго, его черная пластиковая оправа, пристрастие к легким наркотикам и умение делать деньги из ничего. Вот и получается, что теперь я провожу лучшие годы жизни с людьми, которые в свое время тоже имели несчастье посмотреть «99 франков» и решились вступить на тонкий лед океана рекламы и связей с общественностью.
Лед проломался, полярники не пришли к нам на помощь, а над этой проигранной битвой с фантазиями о будущем смеялись даже тюлени, что подорвало самооценку многих и заставило их искать пристанища в книжках и кино. Не самое правильное решение в жизни (других они просто не принимают), так как науке еще не известен ни один человек, которого бы чтение и рефлексия привели к маломальскому успеху. К затяжным депрессиям? Возможно. К зависимости от алкоголя? Звучит правдоподобно. К счастью и наслаждению? Ну, дорогой, не будем лгать друг другу в глаза, это чересчур наивно…

Ключевая идея многих книг – писать о людях таких же, как и мы, только еще более жалких. Если вы мне не верите – достаточно открыть список Нобелевских лауреатов последних лет и прочесть хотя бы по одному их опусу, чтобы понять: все очень плохо, и особенной надежды на ветер перемен нет. Чем больше ты смотришь в Бездну, тем больше Бездна всматривается в тебя, а потом, игриво хохоча, сообщает, что у тебя до сих пор не оплачено за квартиру, телефон и обучение в этом месяце, отдыхать не поедешь еще как минимум полгода, а про светлые перспективы выспаться ты сможешь вспомнить лет через десять, если не сойдешь с ума от обилия планов и обещаний выполнить что-то. Вот и получается, что мы возвращаемся к старым-добрым страданиям в литературе, чтобы почувствовать, что 1) могло быть и хуже 2) могло быть много, много хуже. Давайте же веселиться, юноша, пока мы молоды!.. – говорит Сомерсет Моэм и утаскивает нас в свою юдоль печали.

Моэм и «Бремя страстей человеческих»
читать дальше

Сэлинджер и «Над пропастью во ржи»
читать дальше

Лу и «Наивно. Супер».
читать дальше

Манн и «Доктор Фаустус»
читать дальше

Рот и «Профессор Желания»
читать дальше

Но кто из нас не мечтает пасть с помощью распутства.

@темы: тексты, книги

22:28 

aster

I'm a five-pound rent boy, mr. Darcy.
Название: Астра
Автор: Entony Lashden
Бета: H.G. Wells + ЕЩЕ КТО-ТО, Я НЕ ПОМНЮ, КТО ИЗНАЧАЛЬНО ЕГО ВЫЧИТЫВАЛ
Размер: мини, 2473
Пейринг/Персонажи: Ганнибал Лектер/Уилл Грэм
Категория: слэш
Жанр: психология, драма
Рейтинг: R
Краткое содержание: Per aspera ad astra



текст

@темы: fiction, Съешь мою печень, забери мое сердце

00:16 

I'm a five-pound rent boy, mr. Darcy.
Это было сильнее меня.
ЗА БЛЯДЬ ШТО.

25.10.2013 в 16:50
Пишет MadMoro:

Название: Паучье чутье
Автор: MadMoro
Пейринг/Персонажи: Дедпул/Человек-Паук
Категория: слэш
Жанр: кружевоплетение
Рейтинг: R
Примечание/Предупреждения: нам не о чем предупреждать читателей



URL записи

@темы: У меня есть отличная идея: давайте обкончаем друг другу лица!

00:15 

I'm a five-pound rent boy, mr. Darcy.
11:53 

I'm a five-pound rent boy, mr. Darcy.
Сидим мы с К, и я пересказываю ему сон, где Ф ломает мне правую руку, а я кричу: "Я же пишу ей, зачем ты причиняешь мне столько боли?", и мы с К, понимающе кивая друг другу во время этого пересказа, оба осознаем, что это реминисценция к ситуациям с моим дражайшим отцом и моим физическими травмами на протяжении жизни, в которых я не мог попросить его помощи, потому что быть зависимым от кого-то, по словам Ф и папы, - это слабость.

И К вносит сотую долю предположения о том, что, может быть, может быть, мне стоит пересмотреть свое богобоязненное отношение к Ф. Как следствие, я скрещиваю руки на груди, и от моей открытости и откровенности остается в лучшем случае три слова, я снимаю и надеваю кольцо, снимаю и надеваю.

- Довольно любопытно, - говорит К, - как Вы из раза в раз, после того, как мы ставим под сомнение эти образы, ожесточаетесь и реконструируете их. Вы защищаете их.

- Защищать людей, которые приносят тебе боль, - в сторону произношу я, испытывая раздражение, - это глупо.

- Глупо? - удивляется К. - Люди называют это "преданность"

@темы: Это мой мальчик!, Фелиция Бауэр выела мои вены, Подними индекс самоубийств своим вкладом

URL
22:54 

I'm a five-pound rent boy, mr. Darcy.
Дочитываю Бернхарда.

И вдруг, почти в конце, когда он в "Холоде" описывает, как он умирал в госпитале, умирал и читал Достоевского, меня вдруг как-то осеняет, что ведь и Кафка, когда лежал в санатории и умирал, выкашливал легкие, и у него тоже не было никакой надежды на какие-либо изменения, он читал Достоевского, а потом - у Брода - эти длиннющие списки из еврейской литературы, Кьеркегора и Достоевского, куча комментариев.

Любопытно даже не то, что Достоевский - это какой-то символ умирания, предвестник скорой смерти, начинаешь по-настоящему понимать его, только когда умираешь. Любопытна сама идея, что жизнь возможна за пределами книг, что существует некоторое место - определенно точное место - в котором мы умираем и читаем Достоевского, и так или иначе мы там оказываемся.

Смерть - это фикция; точно такая же, как счета за мобильный, деньги на карточке, книги, которые ты кому-то отдал.
Не явление, а состояние. Пять минут на эскалаторе к поезду, который увезет тебя подальше с окраин.


хх

"И все вместе это снова дает вспышку той вечной моей боли, которая вдали отсюда как будто затихает, но на самом деле неизлечимо усиливается, и нет против нее никаких средств".

Томас Бернхард.

@темы: Подними индекс самоубийств своим вкладом, Фелиция Бауэр выела мои вены

URL
14:07 

I'm a five-pound rent boy, mr. Darcy.
Захарова, "Ланвин", здесь



Первый признак начала познания — желание умереть. Эта жизнь кажется невыносимой, другая — недостижимой. Уже не стыдишься, что хочешь умереть; просишь, чтобы тебя перевели из старой камеры, которую ты ненавидишь, в новую, которую ты только еще начнешь ненавидеть. Сказывается тут и остаток веры, что во время пути случайно пройдет по коридору главный, посмотрит на узника и скажет: «Этого не запирайте больше. Я беру его к себе».

Франц Кафка

@темы: Как насчет щепоточки страданий, Подними индекс самоубийств своим вкладом, Я завещаю это своим детям, до того, как стало мейнстримом, Лили

00:41 

I'm a five-pound rent boy, mr. Darcy.


Это самое красивое утро в Нью-Йорке.

Вы записываете, мисс Дэлловэй?.. Да ну что вы, к чему это? Поэтично? "Самое красивое утро в Нью-Йорке" - да-да, хах, да-да - улика номер один: стопка писем с почтовым штемпелем Монреаля. Послание от 22 ноября: "Я только и думаю о тебе, я думаю о том, как крепко сжимаю тебя в своих руках и прижимаюсь губами к твоему плечу. Нет ничего лучше, чем держать тебя в объятьях, нет никого лучше тебя. Я люблю тебя так сильно, что у меня перехватывает дыхание, когда я стараюсь неслышно произнести твое имя. Когда я зову тебя, слышишь ли ты?..". В Монреале, говорят, пахнет рыбой и дешевым портвейном - да-да, да-да - город рыбаков, пять с половиной улиц и огромный порт, мисс Дэлловэй, отличное место для прозябания.

Я не очень люблю путешествовать: чемоданы, документы, наличные - обязательно забудешь что-нибудь, а потом Шарлотта - моя жена (она печет прекрасный яблочный пирог по выходным, вы должны обязательно прийти на один из наших обедов, я настаиваю) - начинает пилить. "Роланд, неужели ты не мог проверить все заранее?.." А было бы что проверять, мисс Дэлловэй? Когда мне было 19, я сел в первый попавшийся поезд и два года ездил по стране. Все, что я хочу взять с собой, - у меня над головой, но Шарлотта утверждает, что без бритвенного станка далеко не уедешь. Улика номер два, дорогая, пишите разборчивее, пожалуйста, нам ведь еще заполнять рапорт: букетик из бумажным цветов, пахнущий духами от Элизабет Арден. Приколот к фотографии. Две улыбающиеся девушки. Надпись сзади: "Нью-Арк, лето 1998. Я люблю тебя сразу на трех языках".

Я, знаете, в свое время умел говорить на испанском: был у меня один амиго, с южного побережья, да-да, да-да, мисс Дэлловэй, я не все время чах за столом, мы с ним работали с организованной преступностью - так вот, когда я попросил его научить меня испанскому, он сказал: "Испанский не нужно учить - его нужно чувствовать". Прямо так и сказал. Улика номер три, обратите внимание: короткое платье до колена, с тонкими бретельками. Хлопок. Белые цветки на канте. Те же духи. Элизабет Арден, мисс Дэлловэй, Э-ли-за-бет Ар-ден, следите за моей мыслью, будьте так добры.

А?.. Нет, нет, конечно, потом я перевелся в центральное управление: зарплата больше, график легче - у нас с Шарлоттой, знаете, два сына, тут не до погонь и перестрелок. Скучаю, конечно, иногда смотрю на молодых офицеров - завидую - а потом думаю, что мне сорок пять этой осенью, какая тут работа "в поле". Улика номер четыре: смятая бумажка, погрызенный карандаш. В правом углу: 12:34. "Сейчас за полночь, я лежу на своей кровати и думаю о том, что, наверное, не стоило всего этого говорить... Я была зла, боже, я была так зла. Ты и он, он держит тебя за руку, и ты смеешься и наклоняешься к нему - кто я для тебя, кто я, откуда у меня берется эта сила закричать, ты бы только знала, ты бы только знала, что " дальше неразборчиво "...и я задыхаюсь, а ты кричишь: перестань, перестань - как будто бы я могу, как будто бы я и впрямь могу перестать. Ты бы только знала... Помнишь, как год назад я стояла рядом с тобой, а ты сказала, что любишь меня больше, больше всего на свете? Иногда мне кажется, что ты ненавидишь меня и просто исподтишка стараешься уничтожить. Ты неправа и несправедлива" неразборчиво "..если бы я только могла перестать тебя любить, забыть о тебе, если бы только был способ..."

Нет, Шарлотта у меня не такая: никаких букетов, писем, шоколадных конфет. До смешного, знаете, мисс Дэлловэй, на первом свидании она вернула мне цветы и попросила что-нибудь, что пригодится в хозяйстве, да-да. Она у меня настоящая работница - что ни день, то готовит, убирает, трет, полирует, за детьми смотрит. Умница, я и правда горжусь ей. Мы когда в первый раз встретились - я ошалел от ее красоты: густые каштановые волосы, красный цветок за ухом, талия - пополам сложить можно, а как она танцевала!.. Вы бы видели! Улика номер пять: вскрытая пачка обезболивающего, не хватает 16 таблеток, открытая бутылка водки. Пойдемте дальше, мисс Дэлловэй, вы не бойтесь, скоро обвыкнитесь, тут ничего такого нет, да-да, ничего такого. Улика номер шесть: два канцелярских ножа для открытия писем, так, аккуратнее, доставайте записку, а то совсем расплывется. Так, так, так. "...а теперь ничего не чувствую, а кажется, что ты была для меня миром, а теперь тебя нет. И меня нет" дьявол, ручка потекла "...что мне делать, если теперь меня не существует, что делать, если теперь ты недосягаема для меня, что делать. Как вообще дальше продолжать жить, если никакой жизни нет". Мисс Дэлловэй, ну-ну, ну-ну, дорогая, еще насмотритесь, еще напереживаетесь, под диктовку пишите, а то совсем бумага развалится...

"Ты говоришь, я всегда выбираю самый простой путь, самый легкий способ. Ты говоришь, что я никогда не думаю об остальных. Я думаю. Я думаю о тебе каждый день. Я думаю о тебе, когда вижу кретинские платья в белые ромашки, когда слышу запах Элизабет Арден, этой дешевой подделки под настоящие духи, я думаю о тебе, когда вижу цветы, когда вижу других девушек, когда смотрюсь в зеркало. Я не перестаю думать о тебе. Но я не могу больше. Не могу больше. Не могу больше быть в жизни, в которой тебя нет".

Ну все, а дальше - на освидетельствование, заполняете формуляры - вам в канцелярии скажут, какие именно, говорите с родными, и забываете.

Вам кофе с молоком или без?

@темы: Подними индекс самоубийств своим вкладом, Фелиция Бауэр выела мои вены, тексты

URL
16:58 

прикладная экстраверсия

I'm a five-pound rent boy, mr. Darcy.
Больше всего на свете я не люблю навешивание ярлыков в духе: интроверт - молчаливый замкнутый социофоб, экстраверт - туповатый общительный лабрадор.


Прикладная экстраверсия


В начале XX века Карла Густав Юнг, сидя в одной премилой кофейне с окнами на Хофбург, поделился предположением о том, что поведение человека может быть детерминировано не только требованиями общества, бессознательными мотивами родителей и бессознательным самого индивида, но и определенной долей генетической предрасположенности. «Что за чушь!» - фыркнула официантка, верующая исключительно во фрейдизм, и оставила Юнга один на один с его кофе. В 1921 вообще было странно поднимать такой вопрос, так как исследования личности и психики индивида только-только начались, а Юнг, решительный парень, шагнул на три десятилетия вперед и передал межвременные братские объятья Гансу Айзенку, написав «Психологические типы». В «Типах» Юнг впервые употребляет такие любопытные слова как «экстраверт» и «интроверт» и, выдержав определенную интригу на ста страницах, дает определение этим восхитительным феноменам:
8 психологических типов Юнга

В целом, на этом можно было и успокоиться, оставить пылиться на полках описание параметров чужой личности, но у Ганса Айзенка было другое мнение на этот счет. В 1933 он, эмигрировав в Америку и не поступив на физический факультет (победитель по жизни), был прибит волнами быта к факультету философии и социологии, где его смыло в бухту психологии, в которой он и провел всю оставшуюся жизнь. Возможно то, с каким спокойствием он воспринял крушение своих жизненных планов, и заставило его обратиться к психотипам Юнга, а возможно, ему просто нравилось звучание этих слов, но так или иначе, он решил доработать эту теорию и, после десяти лет полевой работы, потрясая многостраничной рукописью, заявил, что вся его жизнь была ложью.
Айзенк изучал, как определяются черты личности в зависимости от того, как люди ведут себя в различных ситуациях, и выделил 4 уровня взаимодействия людей с другими люди, на основании которых можно говорит о доминировании каких-то личностных диспозиций:
базовые черты личности по Айзенку, нейротизм и стабильность

А теперь внесите в студию мертвую проститутку, потому что на ней мы и будем показывать, как экстраверты и интроверты работают в реальной жизни.
Так как я сам экстраверт, в 90% разговоров, в которые я вообще вступаю, кто-то так или иначе называет меня социальной блядью. Что бы я делал, не работай моя психика по механизму стабильности? Я бы сидел в углу и переживал эти гнусные инсинуации, страдал из-за того, что меня обзывают, и старался изолироваться от людей. Но я экстраверт, а это значит, что я вообще мало значения придаю персонализированной информации (насрать на всех остальных людей, кроме себя, - так можно выразить это проще). Примеры, которые будут разобраны дальше обобщены, стандартизированы и стереотипны, а это значит, что не все экстраверты так себя ведут и так реагируют, но в большинстве случаев можно ожидать именно такой реакции.

Итак, у нас есть экстраверт Эрик. Эрику 27 лет, он глава отдела связей с общественностью крупной компании. Ежедневно через Эрика проходит около двухсот людей, с каждым из которых Эрик должен пообщаться и получить от них определенную информацию для того, чтобы продолжать адекватно и эффективно работать. Эрик любит ходить в кино, читать и обсуждать книги, ходить в бар по пятницам и общаться со своими друзьями, которых у Эрика – внимание – четверо.
У нас также есть интроверт Иллай. Ему 29, он работает в отделе технической поддержки и большую часть дня он проводит наедине со своим компьютером, слушая даунтемпо и Радиохэд. Все было бы идеально, если бы Эрику и Иллаю не приходилось ежедневно контактировать друг с другом и причинять друг другу кучу дискомфорта своим поведением. Иллай, в общем-то, не агрессивный парень, но каждый раз, когда Эрик врывается в его кабинет, забыв постучать и подождать ответа, Иллаю кажется, что он готов разодрать его лицо и сломать ему позвоночник. А Эрик никак не может понять, почему этот хмурый ублюдок из техпома не может сделать над собой усилие и быть хоть каплю дружелюбнее.

Проблема №1: отношение к окружающему миру
читать дальше

Проблема №2: промышленный шпионаж и система кодировок информации Шеннона
читать дальше

Проблема № 3: «я думал, это останется между нами!»
читать дальше

Проблема № 4: «ты не обращаешь на меня внимания!» = поиграй со мной! Принеси мне мертвого гуся! Давай взорвем это здание и начнем принимать наркотики!
читать дальше

Проблема № 5: «ты не ценишь того, что я делаю!»
читать дальше

Как только вы начнете понимать, что экстраверсия – это не желание поболтать ни о чем и не способ отвлекать вас от работы, это не постоянное веселье и не подозрительный оптимизм; как только вы осознаете, что экстраверсия – это такой мученический способ переработки информации и контактов с реальностью, который требует определенного внимания и поддержки со стороны,

Вы поймете, что экстравертам тоже нужны одеялки и чашечки горячего шоколада.
И еще им нужна любовь.

Впрочем, как и всем нам.

Вопрос: сегодня мы выучили много нового?
1. да, капитан!  275  (100%)
Всего: 275

@темы: эта аналитика веселее, чем секс с мертвой проституткой, тексты, до того, как стало мейнстримом, Лили, Я завещаю это своим детям, Лашден, стыдоба-то какая

00:52 

школярские стишки

I'm a five-pound rent boy, mr. Darcy.
К говорит: "Скажите, когда она ушла, вы почувствовали себя отверженным?"
"Знаете, - говорю я и поправляю волосы, - я почувствовал себя книгой на восемьсот страниц про отверженных".

Знаете, - говорю ему я, - я перестал проверять телефон и личные сообщения, на рациональном уровне я смирился с произошедшим и принял изменения.
К говорит: "Вы работаете по 15 часов в сутки".
Знаете, - говорю ему я, - в первую неделю, когда я не работал по 15 часов в сутки, я ложился на пол и плакал часами. Вы понимаете? - повторяю я. Это не эвфемизм. Я ложился на пол и плакал. Часами.

"Когда я впервые поругался с ней, и она перестала со мной разговаривать, я пошел и разрезал себе бок, потому что мне казалось невыносимой мысль о том, что она терпит боль из-за меня".
Вы чувствуете желание сделать это сейчас?
"Сейчас?.. Нет. Она отомщена. Все правильно".

Когда я выхожу из кабинета, я останавливаюсь около зеркала, чтобы посмотреть на то, как выглядит мое заплаканное лицо.
Оно не отличается от того, что я вижу каждое утро.
Ах да, точно.
Заплаканное лицо - это то, как мое лицо теперь выглядит всегда.

Я перестал различать фотографии, на которых я грущу и на которых я не грущу.

хх



ни имени не помню, ни лица
и без конца
звоню по таксофону
в город,
которого на карте нет
окликиваю в темноте прохожих;
бегу за тенью

ни голоса не помню, ни объятий
завернутый в туман
и слякоть,
я жду тебя на всех вокзалах,
куда ты не приедешь

бездомным псом скитаюсь
по подъездам,
забыв адрес спасенья

о,
если бы я мог из сновиденья
тебя вернуть

@темы: тексты

URL
01:57 

ВО СЛАВУ САТАНЫ

I'm a five-pound rent boy, mr. Darcy.
Я СКАЗАЛ СЕБЕ: ЛАШДЕН, ДАВАЙ БЕЗ ХУЙНИ. ТУТ ВИСИТ СПАЙДИПУЛ, НАДО ПИСАТЬ ГАННИБАЛА, А ЕЩЕ СТАТЬИ, ПИСЬМА, ВСЕ ТАКОЕ.
ЗАМЕТАНО, БРО, - ОТВЕТИЛ Я СЕБЕ, СНЯЛ ШТАНИШКИ И ЗАЛИЛ ВСЕ РУКИ БЛЕСТКАМИ, СМОТРЯ ПЕРСОН ОФ ИНТЕРЕСТ.

У черных есть чувство ритма, у Лашдена есть чувство вины.
И СОМНИТЕЛЬНЫЕ КИНКИ!!

я посвящаю этот текст моим тлеющим братьям, я ненавижу вас, пацаны.


Название: Loving you is not a crime
Автор: Entony Lashden
Бета: Hideaki
Фэндом: Person of Interest
Персонажи: Джон Риз/Гарольд Финч
Рейтинг: R
Жанры: romance
Размер: мини
Статус: закончен
Предупреждения: кинк на руки, dubious sub!Harold
Саммари: ну типа все горят в чувствах Гарольд проебывает мистера Риза, и мистера Риза трудно найти, легко потерять и невозможно забыть



KE KE KE KE KE

@темы: Прими свои наркотики и ляг спать, ГОРИ ГОРИ МОЯ ЗВЕЗДА, fiction

19:38 

I'm a five-pound rent boy, mr. Darcy.


Добрый вечер.
Я хотел поведать вам историю, что вот уже неделю извиваюсь на полу тюленем, но потом посмотрел 1х12, где Риз разговаривает там низким голосом, который я использую для фразочек "А может, по сексу?" или "Как насчет перепихона перед твоей вебкамерой, малышка",

и решил не рассказывать историй, а сразу приступить к порнухе.

@темы: ГОРИ ГОРИ МОЯ ЗВЕЗДА, Это мой мальчик!

19:00 

приглашение на процесс

I'm a five-pound rent boy, mr. Darcy.
Благодаря Зое Черкасовой я несколько уточнил для себя понятие "лингвиста" и теперь знаю, что в общемировой практике лингвист - это такой парень, который занимается компьютерной обработкой языка, автоматизацией переводов, нейролингвистикой, которая изучает всякие классные штуки внутри мозга, всякими занятными вещицами вроде умных строк и умного набора, но конкретно тут я говорил о печальных парнях с Факультета Международных Отношений, где в специальность лингвистика входит исключительно восточное языкознание.



«Филолог – это еще не приговор», - говорит мне К., с грустью разглядывая три сумки с литературой на семестр. «В конце концов, я смогу преподавать», - убеждает она то ли себя, то ли меня в том, что ее жизнь не окончательно сошла с рельсов успеха, которые ведут к скромному двухэтажному домику в пригороде Минска и лошадке, жующей траву, скошенную на склонах Альп.

К. не особенно повезло: она думала стать послом в Корее, крутиться на кожаном кресле консула и слушать кей-поп по ночам, но у факультета международных отношений были абсолютно другие планы на ее будущее, которые К. приняла со слезами на глазах, видя проходные баллы. В результате этой драматической истории, провоцирующей на написание сценария и снятие трехсерийного фильма «Бедная К», моя дорогая девочка, прижимающая к груди любимый томик Бодлера, оказалась в числе счастливых двух тысяч, зачисленных на филологический факультет.
Теперь только путешествия из одного конца света в центр Минска с пятью книгами в руках, теперь только ночевки во «Fridays’» и распитие кофе в промышленных масштабах в дворике по соседству! Теперь-то К. узнает, что филология – это не просто рассуждения о голубых занавесках, символизирующих ностальгию автора по детству, филология – это хардкор, бессонница, чтение семи произведений за одну ночь и перевод со старорусского на греческий.

Но хорошо, К., может, не единичный случай крушения лодки романтических надежд в суровой буре жизненных трудностей, но не все же две тысячи пришли на филологический факультет исключительно потому, что проиграли титул и наследство в казино и теперь вынуждены исполнять гнусные требования умирающего дядюшки, чтобы оказаться в завещании. Кто эти люди, алчущие разгрызть тонкое тело филологии? Кто эти монстры, готовые учить по пять языков только для того, чтобы потом оказаться в общеобразовательной школе № 11 и смотреть с классом на уроках «Анну Каренину» с Джудом Лоу? Кто эти воины лингвистики, языкознания, эти титаны славянской диалектологии и истории славянского языка?

Возможно, это ваша лучшая подруга, которая отвечает категорическим отказом на предложение переночевать у вас, потому что у нее еще не дочитана книга. Возможно, это ваш знакомый, который сидит в кинотеатре и плюется: «Боже, как они переврали источник… Книга была лучше». Возможно, это ваша сестра, которая, только-только научившись читать, принялась за сказки народов мира.
Присмотритесь. Филологи. Они среди нас.

Люди, которые сознательно выбирают филологию как свою основную специальность, заслуживают как минимум памятника, потому что мало кто возвратился из этого дальнего путешествия к берегам лингвистической Аркадии. Начав однажды читать и понимать, о чем идет речь, ты уже не можешь остановиться. Когда ты узнаешь, что в книгах порой бывает заложен смысл, а иногда – по несколько смыслов, а иногда смысл в том, что смысла нет (спасибо спонсору этого примера, основателю театра абсурда Самюэлю Беккету), первое, что ты понимаешь, - вся твоя жизнь была ложью.
Наслаждение совсем не в теплом шампанском из горла, не в абрикосах из банки и даже не в горячем шоколаде с зефирками – наслаждение кроется в понимании текстов, их интерпретации и чувстве, насколько все взаимосвязано в этом мире.
Схожее ощущение дают наркотики, и неизвестно, что разрушает жизнь больше: героин или история зарубежной литературы 20 века.

Кроме того, что филология позволяет постичь мир под совершенно другим углом, чисто случайно, где-нибудь у выхода из факультета, она может предложить вам продать душу в обмен на несколько удивительных знаний из области теории литературы.
Я не понимаю, почему, выходя из дома, я не встречаю растяжек: «Филолог? Остановись, пока не поздно!». Или «А где были вы, когда ваш ребенок увлекся литературой?». Филология – это опасное мероприятие, и в нем есть ряд ужасающих медвежьих капканов, в которые попадаются юные трепещущие умы.

Искушение первое: сменить фамилию на «Розенталь»
читать дальше

Искушение второе: удариться в структурализм и постмодернизм.
читать дальше

Искушение третье: помнить в лицо все мертвые души.
читать дальше

Искушение четвертое: сделать татуировку с любимыми цитатами.
читать дальше

Искушение пятое: забыть о существовании реальной жизни.
читать дальше

Берегите себя и своих филологов.

@темы: тексты, Я завещаю это своим детям

21:10 

TRASH

I'm a five-pound rent boy, mr. Darcy.
00:56 

I'm a five-pound rent boy, mr. Darcy.


хх

выпусти меня из дома
звезды сегодня
ниже
чем обычно

выпусти меня из объятий
ветер сегодня
лижет
плечи

выпусти меня в ночь
пусть холод
кусает и
печет

выпусти меня
выпусти меня

выпусти меня


хх

похорони меня, милая,
в цветках лип
похорони в сирени
брось в гроб лилии и гортензии
похорони, милая,
вмести со мной
одуванчики, тополиный пух,
тенниску, первый поцелуй,
шорох ветра, треск костра,
мои слова

похорони со мной это лето
в моей могиле для тебя места
нет

@темы: тексты

URL
00:26 

I'm a five-pound rent boy, mr. Darcy.


Мы знакомимся между третьей и четвертой улицей, между двенадцатым и тринадцатым треком на моем старом уолкмене, мы знакомимся, когда она взмахивает рукой и спрыгивает с тротуара, а я прижимаю ее к себе и кричу: "Осторожнее!". Она смеется и замирает в моих объятьях, а потом делает шаг в сторону. Она плачет: "Меня не обнимали вот уже два года". Я не знаю, что делать; я просто обнимаю ее снова.
Я обнимаю ее.
Это лучшее, что происходит в моей жизни.

Я кричу: "Осторожнее!" ей снова и снова, на протяжении семи месяцев, я кричу ее имя и запутываюсь пальцами в ее волосах, она стонет мне на ухо и придумывает мне смешное имя, она зовет меня "Розмэри" - и вытягивается на моей кровати. Она любит смородиновый сок и сигареты без фильтра, у нее обветренные губы и родинка под ухом - я узнаю, что она боится щекотки и темноты, она прижимается ко мне под одеялом и кладет руку поперек моего живота.

"Мы все в дороге", - говорит она и показывает за окно: тысячи огней. "Мы все в дороге, завтра мы съедем из этой жизни".
Она не находит общего языка с матерью, она крадет деньги у отца, она не может найти работу - я люблю ее больше жизни, я люблю ее больше всего на свете - она берет мои юбки и возвращается в запахе метро и свежей выпечки. Она дотрагивается языком до моих ключиц, она целует меня в щеку, она садится на мой живот и закрывает лицо ладонями: "Я слишком сильно люблю тебя, так нельзя".
Так можно, отвечаю я.
Так можно: можно целоваться до обморока, можно не спать ночами, а смотреть в акварельное рассветное небо, можно заставлять ее смеяться и плакать, можно прятать ее под собой и медленно целовать ее спину. Можно слушать ее дыхание во сне, можно тереться носом о ее затылок, можно забывать стирать свои вещи и ходить в ее запахе.
Можно.

Так нужно.

Я кричу: "Осторожнее!" ей снова и снова: когда она проливает кипяток, когда она забывает потушить сигарету, когда она засыпает в ванной и перебирает спиртного. Я шепчу: "Осторожнее", и укладываюсь рядом с ней, я вдавливаю ее в свое тело, и она заводит руку, гладит меня по голове: "Я знаю. Я обещаю, что буду осторожной".

Она лжет.
Мы расстаемся между сорокой и сорок первой улице, между "Я на секундочку зайду за кофе" и "Я буду ждать тебя за углом", мы расстаемся, когда она оборачивается, чтобы помахать мне и сходит с тротуара.
Я УМИРАЮ ВМЕСТЕ С НЕЙ. Это похоже на взрыв, на мгновенную слепоту, на потерю опоры, это похоже на пулевое ранение: я бросаюсь к ней, но уже слишком поздно, УЖЕ СЛИШКОМ ПОЗДНО - и я просто сажусь рядом и обнимаю ее, я не перестаю обнимать ее, я не перестаю любить ее, я не перестаю любить ее, я не перестаю любить ее любить ее любить ее любить ее любить ее

Она снится мне, и кажется, что ее пальцы касаются моего бедра и проводят до колена: "Так - приятно?". В ее глазах отражается свет ночника, в ее глазах отражаюсь я. Она целует меня, во сне она целует меня, она все еще целует меня. Во сне она все еще со мной, она со мной она со мной она со мной со мной со мной со мной

Никто ни в чем не виноват,
я просто не хочу просыпаться.

@темы: тексты, письма с того света

14:55 

I'm a five-pound rent boy, mr. Darcy.
14:50 

когда наступает ночь

I'm a five-pound rent boy, mr. Darcy.
Я хотел назвать этот фик "Жизнь, которой у меня не будет", но потом вспомнил, что у меня уже три десятка таких фиков и надо разнообразить названия.

В процессе чтения и написания ни один шиппер не пострадал.

ЛАШДЕН НАПИСАЛ ФЛАФФ, ЛАШДЕН НАПИСАЛ ФЛАФФ, ВО СЛАВУ САТАНЫ.
Пусть хоть кто-то будет где-то счастлив.

Название: Когда наступает ночь
Автор: Entony Lashden
Бета: Hideaki
Фэндом: X-men: First class
Персонажи: Эрик Леншер/Чарльз Ксавье
Рейтинг: NC-17
Жанры: романс, флафф
Размер: мини
Статус: закончен
Предупрежения: содержит эпизодичный фёрст тайм
Саммари: когда наступает ночь, Эрик Леншер вспоминает, что у него есть остаточные воспоминания о любви



pur-pur-pur

@темы: Я хочу танцевать с тобой, Майкл, в позе 69, Плачь плачь макэвой макэвой, fiction

03:16 

I'm a five-pound rent boy, mr. Darcy.
ПОЧЕМУ ВЕЩИ, КОТОРЫЕ МНЕ НРАВЯТСЯ, ДОЛЖНЫ ПРИЧИНЯТЬ МНЕ БОЛЬ?
ВСЕ ТАК ХОРОШО НАЧИНАЛОСЬ: ЖРАТВА, ПЕДИКИ И БЕЗУДЕРЖНЫЙ ЮМОР, НО НЕТ, ЭНТОНИ, НО НЕТ, ДАВАЙ-КА СУБЛИМИРОВАТЬ СВОИ ПЕЧАЛИ НА ПАРОЧКУ ГОМОСЕКСУАЛИСТОВ И ОБНИМАТЬ КОЛЕНОЧКИ.

Поговорим о моей жизни двумя наборами капсов.




ПЛАК-ПЛАК-ПЛАК ДВА ЧАСА НОЧИ БЛЯДЬ

@темы: Как насчет щепоточки страданий, Прими свои наркотики и ляг спать, до того, как стало мейнстримом, Лили

главная